Новости города БезФормата.Ru
Курск
Главные новости
 
Задать вопрос?

Глубинка - На одной Гребенке

На одной Гребенке

Цегельня, Дрыжик, Зорино, Пискуновщина и даже Охримовщина. Господи, одни названия чего стоят! Но этих мест давно уж нет на карте, разве что человек знающий углядит в буйных зарослях разрушенную трубу уцелевшего домишки. Из множества хуторков, расположившихся когда-то на плодородных землях между Краснооктябрьским совхозом и Коровяковкой, осталась одна Гребенка … о нескольких «зубьях».

-А где она, эта Гребенка? – спросите вы.

-Так у нас, - ответят вам веселовцы - около пруда спуститесь с пригорка, там и найдете.

-Ольхо-Жемчуги пройдете, через мостик, там и наша Гребенка – с удовольствием подскажут вам коровяковцы.

 

Ничего удивительного в том, что маленький хуторок, и в хорошие времена насчитывающий пару десятков домов, является «принадлежностью» двух сельсоветов одновременно, на самом деле нет. Так уж вышло, что крестьяне, покидающие насиженные места в поисках лучшей доли, не заметили, что возвели новые срубы на самой границе. А стали жилища оформлять, вызвали землемеров и обнаружили, что ближайшего соседа хоть и видать через забор, но живет он совсем в другом селе.

Как и было обещано, прямо под пригорком появилась улица с хатами в два ряда, широкими усадьбами, садами и палисадами. Красота! Да только на первый взгляд. А подойдешь поближе  - увидишь, что почти все дома давно и намертво заколочены. И только в четырех теплится жизнь…

А по большому счету - так и вовсе в двух. Супруги Соколовы днюют и ночуют у стареньких родителей. Самый молодой гребеньковец, пятьдесят восьмого года рождения, от тоски и одиночества усадьбу свою совсем позабросил. И в последней хате коротает свой век  еще одна старушка.

Покуда дочка хлопотала по хозяйству, Лидия Ивановна и Петр Иванович Сытенко мирно развлекались игрой в картишки. Седовласые, исчерченные глубокими морщинами, они весело подтрунивали друг над другом, не забывая при этом заботливо подправить подушку под спиной своей второй половинки или прядь, выбившуюся из-под платка - все-таки, шестьдесят шесть лет вместе.

Поженились они в пятьдесят первом.

-Разве могла бабуля устоять против такого парубка, - улыбнулась заглянувшая на звук гармони дочка. – он, правда, тогда на баяне играл – все девчата повлюблялись!

-Да, баян знатный был. Я его сыну отдал.

Петр Иванович отложил гармонь и, вместо того, чтобы рассказать, какой ценой и кровью он завоевал медали «За отвагу», «За взятие Берлина» и «За освобождение Варшавы», с чувством, толком, расстановкой поведал историю приобретения баяна. Прямо помолодел, вспоминая, как немецкий мастер один за другим выносил из мастерской инструменты, пока не понял, что перед ним – настоящий ценитель.

Простой кузнец из Гребенки, он еще пять долгих лет после войны провел в Германии в составе войск, поднявших флаг над Рейхстагом. Вернувшись в пятидесятом, родной хутор больше не покидал никогда.

Петр Иванович - про баян, а Лидия Ивановна не могла не рассказать о наряде, в котором плясала на свадьбе. «Платье с зефировыми вставочками, на голове снежно-белый венок из марлевых цветочков, вымоченных в особом растворе, секретом которого обладала одна коровяковская мастерица, и туфельки – хотя и парусиновые, но с каблучком.

-Да вот же, фотография висит. Здесь все видно!

История семьи Сытенко – Соколовых в лицах занимает все стены маленькой комнаты. На свободных местечках хозяин аккуратно разместил рукотворные изделия супруги – тщательно вышитые гобелены.

Первенца – дочку Клаву, да и сына Николая крестили тайно. Молодые мамы с посапывающими кульками на руках тихонько пробирались в одну из хат соседнего Дрыжика. Там их ожидал батюшка – как говорили, из «недобитых». Отслужить службу в этих краях церковные отцы считали большой удачей и священным долгом. Среди полей и лугов бил холодный ручей, слава о котором передавалась из поколения в поколение. Якобы, давным-давно, лет четыреста назад, стоял там летний монашеский скит. И на Девятую пятницу, как и в знаменитой Коренной, вода в «крынице» становилась целебной и чудотворной.

Местные коммунисты к предстоящим паломничествам готовились загодя и основательно. Дислоцировались неподалеку от источника и преграждали путь каждому, кто хотел прикоснуться к Чуду.

-Да только скучно им было просто так в кустах сидеть, наберут водки, закуски. Понапиваются, люди до крыницы и доберутся…

Начальная школа находилась рядом, в совхозе. А дальше приходилось ходить в школу коровяковскую – за семь километров. Детей много было. На каждом хуторе собиралась группа ребятишек по тридцать-сорок и строилась в колонну. Во главе и арьергарде группы двигались факелоносцы. На эту почетную должность выбирались самые высокие и крепкие хлопцы, следившие, чтобы никто не отстал. Иначе нельзя – в утренней темноте нет-нет, да и блеснут желтые волчьи глаза. Факелы мастерили сами. На длинную палку с вечера наматывалось тряпье, замоченное в керосине. Крепкий аромат, мигом заполняющий школьный коридор, возвещал: хуторяне прибыли, пора начинать уроки.

И учились же дети! И в институты поступали – любые вузы страны! Клава, старшая дочка Сытенко – без проблем и особой подготовки запросто сдала экзамены на физмат Курского педагогического, другие однокашники тоже стали врачами, педагогами, инженерами и агрономами.

- А весело то как было, - вспоминает Клавдия Петровна. - Уроки сделаем – и на улицу. Летом лапта, «веревка», зимой санки, лыжи. Дед Волочилов напротив нас жил, руки у него были откуда надо, так умел делать настоящие лыжи. Брал деревце, вымачивал как-то, загибал, обстругивал. Не хуже покупных катили!

Старая начальная школа давно закрыта. Не нужна она больше. Нет хуторов, нет звонкоголосых ребятишек, и никто не научит сегодняшних пацанов сооружать факел из старых промасленных тряпок…

Нине Васильевне Воловиковой – 85. Несколько лет назад ее «разбил паралич». Месяц пролежала, не вставая с кровати. Сыну Николаю пришлось оставить в Сумах семью и ухаживать за матерью. Он-то, безо всяких врачей, буквально поставил ее на ноги. Соорудил высокую табуретку и велел: обопрись руками и двигай потихоньку, ноги сами зашевелятся. «Аппарат Воловикова» оказался чудотворным – худо-бедно, но Нина Васильевна не только ездит на табуретке по хате, но и спускается с крыльца во двор – воздуха вдохнуть.

Водрузив на нос очки, бабушка изучала свежий номер «Российской газеты». Рядом – несколько зачитанных глянцевых журналов, стопка «районки»:

-Хромая, глухая, так ведь не слепая, - пояснила она, - газеты у меня в почете!

С особым интересом она читает о столичных событиях и новшествах. Еще бы – сама чуть не стала москвичкой. Их, нескольких хуторских девчат, в начале пятидесятых завербовали на стройку. Жили новоявленные малярши-штукатурши в общежитии неподалеку от Измайловского парка, а дома отделывали во всех уголках города – от Марьиной рощи до площади Дзержинского.

В марте 53-го они шли в составе огромной колонны от Курского вокзала к Мавзолею. До самого места прощания с «вождем народов» их не пустили. Но скорбящая похоронная процессия в памяти осталась навсегда. Вскоре после этого Ниночка вернулась домой, на хутор Зорино. Нужно было помогать матери учить младшего брата. Устроилась в колхоз, всю жизнь проработала «на буряках». Активная комсомолка, она просто обожала общественную работу.

-Интересно, а посадка по дороге на Теткино стоит еще? Там, в среднем пятом ряду, должны расти дубочки, мы с девочками садили.

-Стоит. Только не дубочки там, а дубищи…

Как и мать, рано овдовела, сама поднимала детей. Ветеран войны, ветеран труда, вот уже более полувека живет на Гребенке и является одной из последних хранительниц истории маленьких хуторков, расположенных на плодородных землях между совхозом Краснооктябрьским и селом Коровяковка. Цегельня и Пожарница, Дрыжик, Зорино, Пискуновщина, Охримовщина и Гребенка. Господи, одни названия чего стоят…

                       Дана Ступакова

Двое погибли в столкновении авто под Курском. Три человека ранены - Курские ИзвестияСтрашное ДТП произошло 1 декабря около 20:30 в Медвенском районе   Управляя автомобилем «Тойота» в районе х. Высоконские Дворы, 41-летняя женщина на 554 км дороги М2 «Крым» выехала на встречку.
02.12.2016 Курские Известия
9 из них- в доме № 43 по проспекту Кулакова в Курске, и 7 – в домах № 8/3 по ул.
02.12.2016 Курская правда
Это имение поэт приобрел в 1877 году у наследников прежнего владельца Петра Михайловича Ртищева, проведя здесь остаток жизни.
02.12.2016 Курская правда
Начальник УМВД России по городу Курску Олег Латунов провел телефонный прием граждан.
02.12.2016 Друг для Друга